в этом смысл жизни его, Кощея - злыдня Бессмертного... рада бы я тебе подсобить, посопутствовать, но не в силах я. Не могу на суше находиться, задыхаюсь... вот что, возьми с собой чешую мою с хвоста ядовитую, и в Кощея кинь! Отомсти ему за горе мое и Славушкино. Умрет он, злыдень, сразу.

- Кикимора, как же я приберу её, чешую, в рученьки мои? Она ведь ядовитая. Погибну я!

- Нет, Настенька, не помрешь ты. Чешуя только на злых действует. В твоем сердце нет места злу, добрая ты, - кикимора протянула Настеньке чешую зеленую.

Припрятала девушка чешую в подол.

- Иди, Настенька, иди, пока твоего Петрушу Кощей в лешего али еще в кого не превратил.

И пошла Настенька по тропинке своей, несла в подоле чешую кикиморы и кринку с живой водой, а в рукаве траву волшебную. Шла Настенька день, другой, и привела девицу тропинка к зарослям терновым. Расчищала Настенька путь себе, как могла. Руками растения отодвигала, ногами шаги измеряла. Поле терновое нескончаемо было. Расцарапали иголки жгучие всё тело и одежду Настеньки. Покинули силы тело девушки, вся кровь вытекла из царапин глубоких. Упала она на землю сырую, колючками усыпанную...

Услышал кабан терновый, как Настенька упала, и подошел к ней. Растолкал отважную голубку рылом своим мокрым, в сознание довел.

- Что же ты, девица-красавица, в зарослях терновых делаешь? Что же ты рученьки свои белые и щечки румяные колючками портишь?

- Ох, кабан терновый, иду я Кощея бесстыжего убивать, Петрушу, муженька своего милого спасать!

Сел кабан на землю да затужил тяжко.

- Кабан, что такое?

- Настенька, украл меня Кощей - злыдень Бессмертный от жены моей кисейной, Марфуши, и кабана дикого из тела моего человечьего сотворил.

Пожалела Настенька кабана, погоревала с ним вместе.

- Настенька, возьми из моего хвоста - метелочки шерсти и брось её в Кощея. Жгучая шерсть моя, убьет она злыдня. Отомсти ему за меня и жену мою суженую! Видать, все глаза она выплакала от горя.